Я не хотела замуж за папиного лучшего друга. Жизнь заставила. Он решил все мои проблемы, и мне даже казалось, что я его люблю. А потом появился Костя, его сын, и у меня снесло крышу от дикой, запретной страсти.
“Доктора”Хауса видели? Так мой начальник еще хуже. В плане характера, конечно. А внешне он весьма хорош. Ладно, кого я обманываю… Руслан, свет отечественной, хирургии, Игоревич – харизматичный мачо, перед которым все женщины стелятся ковриками. Ну вы поняли, невероятно привлекательный мерзавец к синдромом бога. И я его ординатор, которую он люто невзлюбил. И вот, во время ночного дежурства, когда в отделении остаемся только мы, я с удивлением обнаруживаю, что это не ненависть между нами, а совсем иное напряжение.
– Что вы делаете? – кислород хлопком выходит из легких, когда Максимов закрывает дверь своего кабинета на ключ.
– Ты накосячила, Терлецкая, – берет со своего стола железную линейку и шлепает себя ею по раскрытой ладони. – Больно, но по другим местам – нормально. Иди сюда, буду учить делать катетеризацию по-человечески, неуч!
Мой босс – еще тот гад. Самый беспринципный адвокат, которого только можно купить за деньги. Маму родную продаст и обратно не выкупит.
– Снимай их, Синица, – заявляет он, выскочив из следственного изолятора.
– Чего? – не врубаюсь я, обалдев от такого предложения.
– Белье снимай, говорю, – повторяет уже с нажимом. – Этот придурок говорить отказывается, пока я не принесу ему то, что продают обычно японские девахи!
Я ошиблась, да.
Мой босс – чудак на букву “м”.
– Не собираюсь я отдавать свои ношеные вещи этому извращенцу, – шиплю я возмущенно.
– Уволена, – чеканит он и резко разворачивается на пятках.
– В смысле? – продолжаю офигевать, еле удерживая в пальцах тяжелую папку.
– В прямом, Синицына, – смотрит через плечо, сверкает своими зелеными глазами. – Или давай их, или пошла вон!
– Валерий Александрович, вы серьезно? – спрашиваю.
– Обычно, Синица, – делает многозначительную паузу, поправляет галстук, – девки сами из них выскакивают, и упрашивать не надо. Давай уже! Что ты ломаешься аки мятный пряник?
– Ладно, – вдруг соглашаюсь я.
И что ты, дура, творишь?
Стыды.
– Кто вы такой, чтоб лезть в мою личную жизнь?! – высказываю Михаилу Леонтьевичу. – Одна ночь, которую я даже не запомнила, ничего не значит.
– Я кто? – угрожающе и интимно цедит сквозь зубы. – Возможно, я отец твоего ребенка. Так что, дорогуша, пока мы не узнаем все точно, ты никуда от меня не денешься!
– Я тебе не живот напрокат! – рыкаю, пытаясь вырваться. – Мне не нужен папочка.
– Тебе, может, и не нужен, а ребенку нужен. Я не позволю ему расти безотцовщиной.
– О чем вы вообще бредите? У меня есть мужчина!
– Я не набиваюсь тебе в мужчины! – не отстает от меня. – Но если так уж вышло, то ребенка ты родишь!
Это еще что за репродуктивное насилие от ненавистного мне деспота?
***
Сорвала цветочек грозного босса, но абсолютно не помню ночь, проведенную вместе. Мы друг друга ненавидим, номер разгромлен, связь была незащищенная. Кажется, я беременна от мужчины, которого убить готова! Все становится и вовсе катастрофично, когда приезжает мой жених.
– Что вы делаете? – наблюдаю, как босс закрывает дверь кабинета на ключ.
– Ты назвала меня тупым лесорубом, – прячет ключ в карман белого халата. – Кажется, пришло время извинений, Любимка.
– Я буду кричать, – предупреждаю, пока мой босс надвигается на меня своей двухметровой громадиной, а его улыбка не сулит ничего хорошего.
– Отлично, – щелкает суставами своих красивых пальцев. – Я скажу, что вправлял тебе вывих где-то в малом тазу.
***
Медицинские сериальчики, типа “Анатомии Грея”, смотрите? Так мой новый начальник в разы круче показанных там бэд боев. Елисей Андреевич Терлецкий – саркастичный и циничный мачо, на которого женщины вешаются пачками, военный хирург и настоящий боженька в своем деле. Вот только этот красивый-здоровенный невзлюбил меня с первого взгляда -- считает меня так себе врачом, а также за оскорбление его умственных способностей. Но это еще цветочки… Хьюстон, у нас проблемы – ненависть между нами потихоньку перерождается в совсем иное напряжение.
Бабник, хам, чудак на букву “м” и невероятно привлекательный мужик, перед которым пациентки укладываются ковриками для ног. Что-то точно забыла… Ах да! Мой начальник, взявший меня в рабство. Буквально. Как так вышло, что я пришла в ординатуру к светилу гинекологии Королеву и стала его девицей для утех на три дня? Сама не знаю, но спуску местному королю не дам! А поможет мне в этом красавчик-маммолог, который кажется идеалом мужчины и которого Королев ненавидит!
***
– Хочешь ординатуру, Елецкая? – встает в позу, глядя на меня проникновенным васильковым взглядом. – Я согласен, если ты кое-что сделаешь.
– Через постель не собираюсь, – осаживаю начальника тут же, хотя отрицать его отрицательное обаяние бессмысленно.
– Больно надо! – фыркает. – Станешь моей рабыней на три дня, и возьмусь тебя, хулиганку, обучать.
– Тебе рожать нужно. Срочно! – поднимает на меня пронзительный взгляд темных глаз. – Если в этому году не забеременеешь, то, потом — все… – делает красноречивый жест.
– Ты ж знаешь, что мне не от кого, – удивленно смотрю на своего сводного брата, начальника и гинеколога.
– Слушай, Окси, ну не мне же тебе ребенка делать, – выдает вроде бы шуткой, а потом сразу замолкает.
А что? Он так-то дело говорит.
– А отличная идея, Дим. Ты здоров, генетика отличная. Помоги мне, а?
– Да ты с ума сошла! Найди донора.
– Не хочу донора. Хочу естественным путем. А потом мы обо всем забудем, и я перееду к маме в Питер, если хочешь. Всего одна ночь, Дим.
– Это безумие, конечно, но…
Если не стану мамой в этом году, то не стану ею никогда, а лучший кандидат в доноры генетического материала – это мой сводный брат Димка, он же лучший гинеколог столицы. Казалось бы, одна ночь, и можно расходиться, но что-то пошло не по плану, и ради того, чтоб зачать придется очень постараться...